Сергей Ачильдиев - о том, почему так печальны результаты реформы нашей медицины и кто в этом виноват
общество 10.01.17

Сергей Ачильдиев - о том, почему так печальны результаты реформы нашей медицины и кто в этом виноват

«У нас лечиться может только очень здоровый человек, - сказал мне недавно один мудрый дедушка и, помолчав, добавил: - Или богатый». Более точное определение состояния нашего нынешнего здравоохранения трудно придумать.

«Если я заболею, то к врачам обращаться не стану…», - сегодня эта старая песня Юрия Визбора обрела совсем не лирико-философский смысл. Сегодня, даже если очень захочешь, до иного врача добраться не легче, чем до министра, а если добрался, это не значит, что он тебя не разорит поборами да к тому же станет лечить по-настоящему и квалифицированно.

Я испытал это на себе несколько лет назад, оказавшись в больнице с камнем в почке. Ничего не скажу: мне тут же сделали все анализы, и камень на картинке УЗИ обнаружили без проблем. Но на этом всё и закончилось. Потому что это было вечером 30 апреля, а на следующее утро наступило 1 мая, и врачи аж до 10-го отправились на весенние каникулы.

Они там праздновали, а нас тут тем временем - несколько десятков человек, два отделения «каменщиков» обоего пола и разного возраста - два раза в сутки кололи антибиотиками, ну, а когда мы, заходясь от нестерпимой боли, залезали на стенку,- еще и обезболивающим. Делать было нечего: спасение болеющих - дело рук самих болеющих, и мы - небольшая группа энтузиастов - стали лечиться самостоятельно: поднимались на последний этаж больницы, а потом, со ступеньки на ступеньку, прыгали, пока не спускались до первого этажа. И действительно, когда закончились каникулы и, наконец, врачи прилетели, некоторые уже были здоровёхоньки. Как говорится, время собирать камни, и время разбрасывать камни.

Вывод напрашивался сам собой: реформа системы здравоохранения, о которой столько говорилось в последние годы, привела к ее бюрократизации. Я сейчас даже не о том водопаде письменных указявок и требований, которые постоянно валятся на поликлиники и больницы сверху, и не о той кипе отчетов, справок и прочих реляций, которые они должны отправлять обратно наверх. Я о том, что реформированная система превратила врача в чиновника: теперь важно - не правильно лечить и вылечить, а правильно отчитаться и получить финансирование. И главное уже не пациент с его болезнью, а бумажка и деньги.

Но это только в Петербурге и в Москве, где - согласно статистике - нет проблем с доступностью медицинского обслуживания (тут, очевидно, необходимо сделать уточнение: с доступностью - по российским меркам). Во всех других 83 субъектах Российской Федерации с этим уже проблемы. Достаточно сказать, что лишь в 30 процентах сельских населенных пунктов можно получить хотя бы какую-то медицинскую помощь, а остальные 85 тысяч поселков и деревень не имеют ни врача, ни медсестры, ни фельдшера - как при царе Горохе. Приспичит - езжай в ближайший райцентр или вызывай оттуда «скорую»: это километров за двадцать по бездорожью, куда и молодому-здоровому добраться запросто непросто, а у нас-то в большинстве российских деревень остались в основном старенькие бабушки.

По данным Счетной палаты, за последние пару лет в России сокращено 140 тысяч больничных коек (главным образом, опять-таки в сельской местности), а также 90 тысяч врачей и среднего медперсонала. В итоге в стране не хватает 55 тысяч врачей и 88 тысяч медсестер…

Конечно, все эти фразочки типа «Даром лечишься - даром и лечишься», «Был бы пациент, а болезнь мы ему найдем», «Доктор сказал в морг - значит, в морг», «Будем лечить или пусть живет?», «Трудно в лечении - легко в гробу» придуманы нашим народом не вчера. Им уже около полувека. Однако такого ужасающего положения в отечественной медицине никогда еще не было, разве что в годы послереволюционной разрухи. Минздравсоцразвития, на мой взгляд, впору переименовывать в Минздравсоцдеградации.

Только не надо думать, будто в этом министерстве сидят какие-то враги, пятая колонна или, прости Господи, иностранные агенты. Уверяю вас, такие же люди, как и мы с вами, ничем не лучше и ничем не хуже. И та политика, которую проводит Минздрав, вовсе не головотяпская и не антинародная. Нет, она называется по-другому: о-пти-ми-за-ци-я. Некоторые уже давно предлагают включить это слово в список запрещенной ненормативной лексики. Но даже если это произойдёт, легче нам не станет. Слово запретить можно, а нехватку средств в государстве, из-за чего и проводится то тут, то там эта самая пресловутая оптимизация, - нельзя.

По большому счету, Россия наступила на те же грабли, что и Советский Союз. С самого начала провозгласив себя социальным государством, Российская Федерация, как некогда и СССР, взяла перед гражданами чрезвычайно высокие обязательства - в образовании, здравоохранении, социальном обеспечении и… не справилась с таким огромным весом.

Такой результат, в общем-то, вполне закономерен. Любое государство может быть действительно социальным только при двух условиях. Во-первых, если его институты социально ориентированы и работают четко, слаженно, сведя бюрократизм, коррупцию и собственные расходы до минимума. А во-вторых, если сами граждане трудятся, не покладая рук да с высокой производительностью. А у нас и «во-первых» и «во-вторых», как известно, хромают на обе ноги. И еще неизвестно, что хромает сильнее. В итоге наш ВВП - скромненький, и, соответственно, бюджеты, федеральный и региональные, - хиленькие.

Так что, если нам не нравится наше здравоохранение (а также образование и социальное обеспечение), пенять надо не только на министерство и медиков, но и на самих себя. Я бы даже сказал, на себя в первую очередь. Само собой, кого-то другого выставлять виноватым во всех бедах всегда легче, проще и увлекательнее, но себя - полезнее.

Сергей АЧИЛЬДИЕВ,

публицист,

специально для интернет-журнала «Интересант»

читайте также

новости

все новости »»

диалоги

от первого лица