Семен Спивак:
культура 18.10.16
«Сейчас у зрителя больше выбор - и фильмы идут интересные, и телепрограммы, а еще есть Интернет. Но люди, которых интересует душа, по-прежнему идут в театр» Фото Интерпресс

Двадцать седьмой сезон руководит Молодежным театром на Фонтанке Семен Спивак. И все эти годы театр отличается завидной стабильностью - прочное место в пятерке лидеров, свой, верный зритель, причем самых разных возрастов, и даже новое здание, которое, в отличие от других питерских долгостроев, все-таки сдали на радость петербургским театралам. О Молодежном театре в частности и об искусстве в целом Семен Спивак поговорил с корреспондентом «Интересанта».

 

«Мы гордимся, что построили свой дом»

- Семен Яковлевич, двадцать семь лет в театре - это практически полжизни. За это время театр стал для вас домом или это просто работа?

- Я считаю, у всех наших есть ощущение, что это дом. У артистов, у радистов, у осветителей. Дом мы специально делали, мы гордимся этим, что мы здесь не только работаем, но и живем. Мы очень часто остаемся после спектакля, разговариваем о жизни, о том, что сыграли, анализируем ошибки, просто сидим пьем чай.

- Дома пить чай время есть?

- Бывают разные периоды - иногда я больше нахожусь в театре, иногда - дома. Но вектор внимания находится дома. Хотя это очень трудно совместить - театр и дом.

- Советы родственников по поводу театра принимаете?

- Это главные судьи мои. Должен же быть кто-то, кто будет говорить полную правду по поводу того, что я делаю. Не только как режиссер, но и как человек. И моя жена не играет со мной ни в какие игры и говорит все как есть.

- А вы заметили такую тенденцию: театральная публика большей частью состоит из женщин, а театральные режиссеры - чаще мужчины?

- Женщины как особые существа более чувствительны, они являются стержнем жизни - для меня во всяком случае. Их и тянет в театр, потому что женщины занимаются очень простыми вещами, они возобновляют жизненную силу вокруг себя, поэтому им нужна поэзия, им ее не хватает. Больше чем мужчинам. А почему режиссеры в основном мужчины? Для меня это загадка. Может быть, женщины больше хотят быть артистками?

 

«Человек хочет или говорить о себе, или слушать о себе»

- Пьесы для постановки вы как выбираете?

- Когда ты ищешь материал, который будет резонировать с твоим сегодняшним настроем, то читаешь очень много книг, с очень многими людьми общаешься. И когда находишь то, что нужно, раздается щелчок. Здесь я исхожу не из соображений практичности, а из соображений того, что я пьесу прочувствовал.

- То есть коммерческая судьба спектакля вас не волнует?

- Если человек ставит пьесу о себе, то у спектакля и коммерческая судьба складывается нормально. Потому что человек живет в обществе, близко к людям, и болеет теми же социальными, философско-психологическими болезнями, которыми болеют люди вокруг него. И если режиссер ставит откровенно о себе, он так же попадает в проблемы других.

- Но бывают случаи, когда спектакль вроде шедевр, а зритель не идет, не понимает.

- Вот у Товстоногова почти все спектакли были шедеврами - и зал был полон. Значит, надо уметь совмещать - и себя не продать за две копейки, и зрителя не продать. Вообще все главное происходит посередине. И если ставить спектакль о человеке, исследовать человека, то зрителю будет это интересно. Потому что человек всегда хочет или рассказывать о себе, или слушать о себе. Это не я придумал. Еще Фрейд об этом говорил. В раздумьях о спектакле надо об этом не забывать.

 

«В нашем театре говорят о немодных вещах»

- А сегодняшний зритель хочет видеть шедевры? Мне кажется, сегодня публика хочет только развлекаться.

- Наш зритель не хочет развлекаться. Он хочет понять себя, осознать себя и, я так думаю, стать лучше. Мы своего зрителя воспитали, и мы не замечаем, что он хочет развлекаться. Он хочет увлекаться. Есть разные определения искусства и для чего оно нужно, но оно всегда о красоте поступка. В нашем театре говорят о благородстве, о любви, о свете. О самых немодных сейчас вещах. И почему-то нашему зрителю это интересно. Есть ведь театры, которые говорят о человеческой низости, подлости, предательстве, - и у них зрителей меньше. Потому что театр это все-таки место, где зрителю подставляют плечо и поддерживают его. Прощают его грехи. Как сказал великий кинорежиссер Козинцев, искусство существует для того, чтоб «не скотели».

- А вам не кажется, что петербургская театральная жизнь по сравнению с московской какая-то слишком тихая?

- Мне все, что происходит в Петербурге, больше нравится, чем то, что происходит в Москве. В Москве, может, и громче звуки, но достижения - меньше. Они скорее скандальные. А я не думаю, что искусство - это скандал.

- Но ведь в Петербурге давно нет таких резонансных спектаклей, на которые рвался бы весь город…

- Я думаю, что это больше связано с окружающей средой. Сейчас у зрителя больше выбор - и фильмы идут интересные, и телепрограммы, а еще есть Интернет. Поэтому понятно, почему зрительский интерес к театру упал, - хотя наш театр этого не чувствует. Люди, которых интересует душа, по-прежнему идут в театр.

Анна ВЕТЛИНСКАЯ,

интернет-журнал «Интересант»

 

читайте также

новости

все новости »»